Михаил Хазин: Нервы сдают

Почему сегодняшняя ситуация в политической жизни вызывает такое раздражение практически у всех: у политиков, у экспертов, даже у рядовых обывателей? Почему они нервничают по поводу происходящих событий, почему регулярно называют тех или иных политиков «сумасшедшими» или «психами», почему политики совершают совершенно дикие с точки зрения нормальной жизни поступки (вроде провокации со Скрипалями, которые устроили англичане). С чего вдруг?

Ну да, кризис, но это не первый кризис на нашем веку. Ну, точнее, он, конечно, круче многих предыдущих, но большая часть населения (в том числе — политики) этого совершенно не понимают. Пока, во всяком случае. Что же такое случилось с людьми, что они чувствуют, чувствуют настолько, что крайне болезненно реагируют на подчас самые невинные раздражители (ну, грубо говоря, что заставило правительство Мэй заниматься столь глупой провокацией?). Ответ, в общем, нам понятен, хотя масштаб соответствующего явления, конечно, недооценивается даже сейчас. И состоит этот ответ в понимании того, что тот мир, в котором люди живут уже несколько поколений — разрушается.

Я очень хорошо помню ситуацию конца 80-х. В институте, в котором я работал, до дня зарплаты в какой-то момент не было денег, люди опасались, что нам не заплатят зарплаты. Я тогда сказал, что пока в стране Советская власть, не может такого быть, что людям не заплатят зарплаты. Так и произошло, на следующий день утром деньги в кассе были. И поэтому то, что произошло уже через пару лет, стало, с психологической точки зрения, страшнейшим ударом. Хотя у нас еще были живы (и даже вполне еще бодры) люди, которые помнили войну и соответствующую разруху. Но молодежь им уже не верила. Хотя, умнейшая Медея Михайловна Месхи, посмотрев как-то в конце 80-х какой-то репортаж с Ближнего Востока, с грустью сказала:

«И в Тбилиси скоро будет тоже самое».

Так вот, западный мир сегодня находится в том же состоянии, что и СССР в конце 80-х. Более того, экономический механизм при этом работает тот же самый, хотя им это пока не объяснишь. Но умные люди (а они есть всегда) чувствуют, что что-то надвигается, причем очень тяжелое. Даже время прошло примерно такое же, как у нас, с конца войны до прихода Горбачева — 40 лет, у них — с кризиса 70-х до начала явных проблем — лет 35-38. То есть есть еще люди, которые помнят, как было до того, но сделать они ничего не могут: молодые поколения просто им не верят, они «старой» жизни не видели.

Я могу привести только один пример. Те многочисленные отели по берегам теплых морей, в которых так любят жить наши туристы, были построены после 1981 года, когда в результате стимулирования частного спроса в процессе проведения политики «рейганомики» резко увеличусь численность «среднего» класса. Ну действительно, кто из тех, кому сегодня до 50 лет, сегодня поверит, что подавляющая часть населения западного мира до начала 80-х в принципе не могла себе позволить ездить на курорты! Но можно напомнить, что в нашей стране загранпаспорт имеет не такая уж большая часть населения, а на курорты ездят и того меньше.

Так вот, главной проблемой кризиса станет резкое падение уровня жизни населения. При этом, поскольку накоплен колоссальный долг, это падение может быть и более сильным, чем тот уровень, который сегодня формально возможен по реально располагаемым доходам. Но даже если долги просто будут списаны, то нужно понимать, что, скажем, в США, сегодняшние доходы населения соответствуют по покупательной способности ситуации 1957 года … да, тогда, конечно, у них жизнь была лучше, чем у нас (вице-президент США Никсон привозил в конце 50-х в Москву на выставку образцы бытовой техники, которую тогда рекламировали в США, желающие могут в интернете соответствующие фотографии найти), но, все-таки, и близко не дотягивает до того уровня, к которому все привыкли за последние десятилетия.

И вот это и есть главная причине той истерики, которую сегодня можно увидеть у политиков, особенно, молодых. Казалось бы, им еще жить и жить, но резкое сокращение «среднего» класса приводит к тому, что теряется привычный электорат: бедные люди за нынешних либеральных популистов голосовать не будут. А новых политикой пока к власти не допускают, что тоже создает высокую напряженность, поскольку они вынуждены для того, чтобы пробиться через контролируемые либералами СМИ, вести себя достаточно резко.

А ведь нужно понимать, что исчезнет не только «средний» класс, в том виде, как мы его сегодня понимаем, возникнут и совершенно новые группы (одну из них я когда-то назвал «новые» бедные, то есть люди с психологией и образованием «среднего» класса, но понимающие, что они уже никогда в позиции «среднего» класса не вернутся; именно таких людей в нашей стране Гайдар и Чубайс считали возможным физически истребить, в том числе и от голода, но в политической жизни Запада такие мысли сегодня представляются не совсем корректными), у которых вообще нет представительства в политической среде. Но ощущение, что до того единая и полностью закрывающая электорат политическая среда начала «рваться», образуя все более серьезные лакуны, тоже не способствует устойчивости политической среды.

В общем, я повторю еще раз, то, что сегодня происходит в политической среде Запада до безумия напоминает то, что произошло в СССР в конце 80-х годов. И, с учетом масштаба и отсутствию альтернативы, которая у СССР была (тогда у нас казалось, что возврат к капитализму даст какой-то позитив), ситуация там будет даже похуже, чем у нас. И приведет она к таким же 90-м … Неудивительно, что они нервничают!

Источник

Источник ➝