Литва: права сексуальных меньшинств оказались дороже

21 апреля завершились президентские выборы на Украине, ознаменовавшие собой оглушительную победу шоумена и юмориста В. Зеленского. Украинские выборы преподнесли немало интересных моментов и запомнятся надолго, в первую очередь, своими сюрпризами и скандалами - в конце концов, международная практика не знала такого циркового представления.

Не успели утихнуть страсти по украинскому шоу, а на политической повестке дня - президентские выборы в Литве. Первый тур голосования состоится 12 мая, второй назначен на 26 мая.

Безусловно, подобно украинским, радости, они нам вряд ли доставят. Из всех 15 кандидатов, претендующих на пост президента Литвы, только один, Томас Шимайтис, косвенно связанный с шоу-бизнесом, где-то отдаленно может напомнить нам об украинском сценарии.... Все остальные, как на подбор, люди серьезные, уважаемые, известные в политических кругах и широкой аудитории, много среди них экономистов и финансистов. Однако, до финальной схватки дошли не все, 12 апреля ЦИК Литвы официально зарегистрировал 9 кандидатов в президенты. За президентский пост будут бороться 8 мужчин и одна женщина.

Хотя когда встречаешь в сети вот такую трогательную переписку, в которой фигурирует имя нашей таинственной незнакомки, выборы в Литве могут заиграть новыми красками и не кажутся уже такими постными и скучными.

Речь в переписке идет о каких-то переводах и финансовых махинациях, а также о некоем законе, который необходимо принять...

Имя незнакомки - Ингрида Шимоните. Но сегодня это определение вряд ли может с ней ассоциироваться. Согласно опросам компании Vilmorus, Шимоните, имя которой раньше не произносилось и не фигурировало в рейтинге кандидатов, теперь находится в тройке лидеров. Безусловно, такая метаморфоза очень удивительна и божественным провидением ("чудны дела твои, Господи") ее не объяснишь. Не сомневаюсь, что за таким стремительным восхождением Шимоните на президентский олимп стоят серьезные политические силы, а возможно и действующий глава государства Д. Грибаускайте. Ну кто еще в Литве может обладать таким непререкаемым авторитетом и безграничным административным ресурсом, если не она? Другой вопрос - почему? Почему из всех "достойных" выбор Дали Поликарповны пал именно на Ингриду?

Шимоните уже окрестили практически абсолютным клоном Грибаускайте, их политические взгляды полностью совпадают, безоговорочную поддержку черпают от одной партии, партии консерваторов "Союз Отечества - Христианские демократы Литвы"... Безусловно, резон в этом есть, к тому же - не Сквернялиса же ей поддерживать, который дискредитировал себя в глазах железной леди заявлениями о пересмотре отношений с восточными соседями и возобновлении деятельности Межпарламентской комиссии с Россией? Но есть же еще Гитанас Науседа, который, несмотря на свой отказ выдвигаться от какой-бы то ни было партии, согласно предварительным опросам, имеет реальные шансы на победу и занимает первое место в тройке лидеров. "Независимый" Науседа вполне может стать "троянским" конем партии консерваторов и лично Грибаускайте - скорее всего, этот кандидат рассматривается действующим президентом в качестве запасного варианта. Грибаускайте целесообразна и педантична и складывать все "яйца" в одну корзину не собирается, но основную ставку делает все-таки на Шимоните.

Вероятнее всего, Шимоните отвечает всем критериям и потребностям госпожи Грибаускайте. Она видит в ней не только политически грамотную и верную преемницу, их связывают давние тесные отношения. Нет-нет, я ни на что не намекаю... За подобные "намеки" некоторые политики в Литве уже получили порцию критики и впали в немилость, к тому же - бездетность и безбрачие еще не повод делать непристойные умозаключения. Сравнивая биографии двух дам, их идейное и карьерное родство (обе возглавляли министерство финансов Литвы, практически друг за другом), понимаешь, что знакомство между ними "шапочным" не назовешь. Даже больше - предположу, что своей политической карьерой и благополучием Шимоните во многом обязана именно Грибаускайте.

Судя по всему, сейчас настало время Шимоните - она должна позаботиться о благополучии подруги и прикрывать ее тылы в прямом и переносном смысле. Сомневаться в том, что за долгую и блестящую карьеру Грибаускайте найдутся причины такой заботы и помощи, не приходится. Одно то, что обе стояли во главе министерства финансов и через них проходил поток европейской спонсорской помощи и кредитов, а также скандальное расследование в связи с махинациями, дает повод для размышлений.

Но Грибаускайте нуждается в Шимоните и по другой причине. Даля (а может, и не только) возлагает на нее большие надежды в вопросе принятия так называемого Закона о партнерстве. Фактически, речь идет о получении возможности однополым парам регистрировать свои отношения.

Сейчас такого закона в Литве нет, однако партия консерваторов активно продавливает его. Стоит вспомнить, что Шимоните в партийном праймериз с результатом в 79% обошла другого кандидата от консерваторов Ушацкаса именно благодаря своей позиции относительно статуса семьи и данного закона.

Предположу, что такое рвение Литвы в принятии Закона объясняется неким взаимозачетом и соглашением с Западом. Напомню, что благодаря усилиям консерваторов с 1 января 2010 года утратил свою силу Закон о нацменьшинствах со всеми вытекающими для последних. Подарив жизнь Закону о партнерстве, Литва надеется перекрыть критику за свою деятельность в отношении нацменьшинств правами тоже меньшинств, но уже сексуальных. Толерантный Запад, конечно, оценит, а литовцы?

Европейские элиты забыли уроки вековой давности

На месте стрельбы в Ханау около Франкфурта, Германия. 20 февраля 2020
На месте стрельбы в Ханау около Франкфурта, Германия. 20 февраля 2020
Украинский политолог Владимир Корнилов
Владимир Корнилов
 
 
Сто лет назад, 24 февраля 1920 года, в знаменитой пивной Мюнхена "Хофбройхаус" (в которой в свое время любили сиживать Ленин и Крупская) 30-летний Адольф Гитлер провозгласил свои "25 пунктов", ставшие затем программой национал-социалистической партии. Именно этот день, затем широко отмечавшийся в нацистской Германии, принято считать днем основания НСДАП.
Неудивительно, что этот юбилей стал темой множества статей в германской прессе последних недель.
А в связи с массовым расстрелом в городе Ханау, в котором обвиняют правоэкстремиста Тобиаса Ратьена, освещение векового юбилея значительно актуализировалось. Правда, приобрело скорее характер травли политической партии, которая никакого отношения не имеет ни к теракту, ни к стрелку, ни к идеологии Гитлера. А ведь уроки столетней давности могли бы быть очень полезны для выявления болезней современного европейского (и в частности, немецкого) общества и прививки на будущее.
 
Сами по себе "25 пунктов", написанные в соавторстве Гитлера и тогдашнего лидера партии Антона Дрекслера, представляли собой беспорядочный набор антисемитских и расистских лозунгов, популистских социальных обещаний и ряда обычных для того времени клише (вроде отсылки к "праву наций на самоопределение"). Некоторые из лозунгов пришлось дезавуировать практически сразу — например, идею принудительной конфискации земли. Выступление Гитлера не было гвоздем программы сходки праворадикалов того времени, а газета "Фелькишер Беобахтер", которая через несколько месяцев станет официальным рупором НСДАП, даже не стала освещать эти "пункты". Однако этот день стал важной вехой для восхождения к власти малоизвестного Гитлера и в конечном итоге нацизма.
 
Сейчас, спустя век, расистские лозунги "25 пунктов" многим могут показаться чем-то из ряда вон выходящим, отталкивающим. А в том мире, который принято называть "западным цивилизованным", в первой половине двадцатого века данные идеи были если не мейнстримом, то, во всяком случае, обыденной политической повесткой дня. Трудно найти страну на Западе, в которой идеи антисемитизма и ксенофобии не находили отклика на страницах газет или в повседневной политике.
 
К примеру, не случайным совпадением стал тот факт, что с весны того же 1920 года в США началась регулярная публикация радикальных антисемитских статей газеты The Dearborn Independent, выпускавшейся магнатом Генри Фордом. Это издание из номера в номер рассказывало о "планах евреев захватить мир" и в своих статьях не особо отличалось от "Фелькишер Беобахтер".
В Англии за год до речи Гитлера с "25 пунктами" была создана политическая группа "Британцы", главной целью которой было изгнание евреев из страны. На смену им пришел Союз фашистов сэра Освальда Мосли. А идеи антисемитизма и нацизма широко пропагандировались на страницах самой популярной газеты Британии The Daily Mail, чей владелец (лорд Ротермер) был личным другом Муссолини и Гитлера.
 
Да и те страны, которые нынче традиционно рисуются исключительно как жертвы нацизма, были подвержены тем же болезням в не меньшей, а то и в большей степени. Вспомнить хотя бы массовые акции протеста польских студентов против совместного обучения с евреями, что привело к официальному введению в польских вузах так называемых гетто за партами. Некоторые польские издания в проявлении своей антисемитской агрессии особо не отличались от гитлеровской газеты. Скажем, газета Pod Pregierz, издававшаяся в Познани в 1930-е годы, официально своей основной целью провозглашала "войну против евреев" и откровенно радовалась их преследованию в нацистской Германии, призывая взять эту практику на вооружение. Теперь эта страна обвиняет во всех грехах Россию.
 
То есть Гитлер был продуктом своей эпохи и тех настроений, которые если не царили в западном обществе, то находили отклик у довольно значительной части населения. Тот факт, что истеблишмент не уловил эти настроения и до последнего игнорировал таких "маргиналов", как Гитлер, во многом и способствовал резкому росту нацизма. Что является, пожалуй, главным уроком для нынешнего поколения.
 
Американский журналист Уильям Ширер, в течение многих лет наблюдавший за восхождением НСДАП и прославившийся затем своими книгами об этом периоде истории, позже написал о "25 пунктах": "Разве не кроется одна из причин мировой трагедии в том, что в период между войнами многие либо игнорировали, либо высмеивали нацистские цели, которые пытался изложить в программе Гитлер?"
 
Известный австрийский писатель Стефан Цвейг, описывая во "Вчерашнем мире" появление первых фашистских и нацистских агрессивных группировок, признавался: "Мы не видели огненных знаков на стене, мы беспечно вкушали, как во время оно царь Валтасар, от всех изысканных яств искусства, не видя впереди опасности. И лишь когда через десятилетия обрушились стены и нам на голову рухнула крыша, мы осознали, что фундамент давно уже подточен".
Но даже и после того как нацисты стали мощной политической силой, по воспоминаниям Цвейга, бомонд Германии иронизировал над "горлопаном из пивных, который никогда не будет представлять серьезную опасность". "И даже когда в тот январский день 1933 года он стал канцлером, — вспоминал Цвейг триумф Гитлера, — большинство <…> смотрело на него как на калифа на час, а на господство нацистов — как на эпизод". Закончив эти мемуары в изгнании, писатель отправил их издателю и на следующий день вместе с женой покончил жизнь самоубийством.
 
Разве это сильно отличается от дня сегодняшнего? Скажем, так же относились к восхождению ультраправых Украины, полностью перенявших идеологию и тактику политической борьбы у НСДАП 1920-х годов. Что те, кстати, никогда особо и не скрывали. И даже после того как представители этих политсил попали в правительство Украины, киевские и московские либералы продолжали вопрошать: "Где вы видели бандеровцев?" Могли это делать даже на фоне портрета Бандеры или на проспекте Бандеры в Киеве. А западные СМИ преподносили известия о росте неонацистских настроений в постмайданной Украине как "российскую пропаганду".
 
В самой Европе рост праворадикальных и ксенофобских настроений признается и вроде бы является предметом озабоченности тамошних либеральных СМИ. Во всяком случае, на словах. Но следует с сожалением и тревогой констатировать, что каждое преступление, совершенное очередным европейским ультраправым на почве расизма и ненависти, истеблишмент пытается использовать для борьбы со своими умеренными политическими конкурентами, а не для обозначения и обуздания самой проблемы.
 
Европа забыла, кто спас ее от холокоста. И поплатилась
Вот и юбилей программы Гитлера и тем более убийство в Ханау стали поводом для третирования партии "Альтернатива для Германии". Немецкие газеты и политики дружно начали указывать пальцами на эту партию. Мало того, из уст серьезных политиков звучат даже призывы организовать постоянный "надзор" правоохранителей за этой политсилой на государственном уровне. И неважно, что она официально осуждает и нацизм, и насилие. И неважно, что Тобиас Ратьен, в своем "манифесте" призвавший к геноциду этнических меньшинств, не только не состоял в "Альтернативе", но даже, по признанию его знакомых, был ее противником. Однако либеральный мейнстрим Германии не нашел ничего лучшего, кроме как воспользоваться моментом для медийного удара по основному политическому конкуренту.
Точно так же в 1920-е германские элиты дружно боролись с главной для себя угрозой, которой представлялись коммунисты, закрывая глаза на "шалости" штурмовиков в коричневых рубашках и тем самым способствуя смешным "горлопанам из пивных".
 
Столетний юбилей создания НСДАП — это хороший повод напомнить европейским элитам, к чему приводит даже не столько наличие в обществе человеконенавистнических, расистских, ксенофобских идей (они-то всегда циркулируют на том или ином уровне), сколько их игнорирование, недооценка и тем более использование в своих узкополитических целях. В случае современной Германии — в целях перенаправления гнева общества на своего политического конкурента.

Популярное в

))}
Loading...
наверх