Свежие комментарии

  • Сергей К
    На Лубянке надо поставить 1.памятник ХЮРРЕМ (РОКСОЛАНА) с надписью " ВОТ ТАК НАДО РАБОТАТЬ_ 2.а С другой стороны груп...Необходимо ли вер...
  • Vladimir Kharchenko
    Вне всяких сомнений, памятник Дзержинскому надо вернуть на свое место на Лубянку. Вернут в самом приглядном виде, что...Необходимо ли вер...
  • Леонид Архаров
    Дзержинского - на Лубянку, а Лубянку - в Музеон!Необходимо ли вер...

Юрий Селиванов: Сухопутный авианосец под боком России

Юрий Селиванов: Сухопутный авианосец под боком России

Состояние перманентной военно-стратегической настороженности представляется оптимальным для политики Российской Федерации на Дальнем Востоке на обозримую перспективу с учетом соседства с хронически амбициозной Японией 

Российский военный обозреватель Александр Тимохин опубликовал достаточно тревожную статью по поводу военных приготовлений Японии. В принципе, я довольно сдержанно отношусь к его творчеству, поскольку усматриваю в его военно-политических текстах признаки известного нагнетания ситуации и сгущения красок.  Хотя, с другой стороны, в таких серьезных делах, как оборона страны, всегда лучше, как говорится, «перебдеть, чем недобдеть».  Тем более, что на этот раз его тревога представляется  вполне обоснованной.

В принципе, в статье Тимохина никаких особых открытий или, тем более, стопроцентно убедительных и однозначных выводов нет. Скорее это некая сумма теоретических допущений о будущих военно-стратегических намерениях Японии, построенная на основе анализа тактико-технических данных проектируемых и строящихся в этой стране новых боевых кораблей. Для большей ясности процитирую один характерный фрагмент его рассуждения:

«Почти все западные (а у японцев сегодня западная школа кораблестроения в основном) фрегаты оснащены орудиями меньшего калибра.

Типовой для большинства стран в мире калибр – 76 миллиметров. У будущих американских фрегатов FFG(X) вообще 57 мм… А вот на фрегатах российского проекта 22350 стоит пушка калибром 130 миллиметров, куда более мощная. Почему? Потому что они создаются в том числе для боя с надводными силами противника и ведения огня по берегу. Какой калибр у японцев? 127 миллиметров, самая мощная серийная западная корабельная пушка из существующих. Какой можно сделать вывод? А то, что они собираются вести бои с надводными кораблями и поддерживать огнем высаживающиеся с моря десанты. Для других целей столь мощное орудие не нужно…   Дисбалансы – следствие доктрины, с которой японцы уже определились. Они уже знают, как и против кого будут воевать, и от этого отталкиваются при создании кораблей. Они знают, что угроза с воздуха будет умеренная, а вот потребность в быстрых маневрах, переходах из района в район будет стоять остро. И по всем остальным параметрам так же. Интересно, кого они имеют в виду? Китайцев? Но у них в строю два авианосца и еще один строится, угрозу с воздуха со стороны китайцев малой считать будет нельзя… У каких соседей Японии слабая морская авиация и обширная береговая линия? Вопрос, что называется, риторический.»

    Автор предусмотрительно не пишет прямым текстом о том, что эти корабли и вообще вся военно-морская стратегия Японии могут быть нацелены против России. И правильно делает, что не пишет. Просто потому, что на таких сугубо военно-технических аргументах стопроцентное прояснение самурайских замыслов наступить принципе не может. Точно так же, как невозможно, только на основании того, что российские фрегаты проекта 22350 имеют даже более крупнокалиберную пушку, чем японские эсминцы, никого убедить в том, что нападение России на Японию неминуемо.

Но Тимохин, безусловно, прав в другом. Япония строит действительно мощный флот, не считаться с которым ни одному соседнему государству уже не приходится. И с каждым годом этот флот будет только все более мощным.

Продолжая ту же военно-техническую логику, могу сообщить, что  существуют и другие не менее, а может  быть даже более убедительные указания на явно антироссийский акцент японских военных приготовлений. Так, например, Япония  при строительстве своего флота, уделяет приоритетное внимание развитию тех вооружений, которые ориентированы на атаку вражеского побережья с моря.  Ключевую роль в таких операциях японцы отводят десантным вертолетоносцам, проекты которых систематически обновляются.

Вертолетоносец (по официальной классификации - эскадренный миноносец-вертолетоносец) DDH 183 Izumo Морских сил самообороны Японии.Вертолетоносец (по официальной классификации — эскадренный миноносец-вертолетоносец) DDH 183 Izumo Морских сил самообороны Японии.

И хотя нынешним вертолетоносцам Японии еще нет и пяти лет от роду, уже разработаны планы  дальнейшего усиления штурмового флота новыми  универсальными десантными кораблями.

В частности, как сообщило издание БМПД,  японская судостроительная корпорация Japan Marine United (JMU) Corporation представила предварительный проект перспективного универсального десантного корабля (УДК). Стандартное водоизмещение корабля около 19 тысяч тонн, наибольшая длина 220 м, ширина 38 м, осадка 7 м. Максимальная скорость хода 24 узла. Экипаж около 500 человек, количество принимаемого десанта не разглашается.

Юрий Селиванов: Сухопутный авианосец под боком России

Ожидается, что заказ на новые УДК будет выдан в ближайшие годы, а возможно и раньше.

Между тем, если новые японские эсминцы представляют собой, как и все эсминцы в мире, тип универсальных боевых кораблей, которые могут применяться при любом военном сценарии, то для японского десантно-вертолетного флота иной стратегической цели, кроме как российская территория и, прежде всего, Курильские острова в принципе не существует.

Даже побережье  Китая, строго говоря, невозможно рассматривать как реальный объект для морской десантной операции японских вооруженных сил ввиду чрезвычайной густонаселенности этой страны, многочисленной армии  и насыщенности морского побережья КНР мощными системами противодесантной обороны.

Россия, разумеется, тоже не лыком шита, поэтому и по отношению к ней Япония вряд ли рассчитывает на успешное проведения стратегических морских десантов в направлении материковых территорий РФ. Однако в том, что касается Курильских островов, то они вполне могут рассматриваться в качестве реально достижимой цели японской военной экспансии при благоприятных военно-политических обстоятельствах.

К тому же, дальние океанские рейды японского десантно-штурмового  флота потребуют прикрытия палубной авиации, тогда как авианосцев у Японии нет и они вряд ли скоро  появятся. Даже их прямые покровители и патроны  — американцы, которые  однажды уже сильно обожглись в Перл-Харборе, определенно не станут поощрять распространение японских амбиций на свою тихоокеанскую сферу влияния.

Так что десантные корабли Японии можно рассматривать как еще более прямой вызов безопасности российских Курил, чем новейшие эсминцы и подводные лодки «сил самообороны», на которые делает упор уважаемый Александр Тимохин.

Более того, для военной операции против Курильских островов Японии авианосцы вообще не нужны, так как эта страна сама является находящимся по соседству непотопляемым авианосцем.

В этой связи  стоит, например, обратить внимание на то, что Япония стала первым после США обладателем флота десантных конвертопланов    Bell Boeing V-22В Osprey, которые являются основным воздушным транспортом морской пехоты и идеально подходят для высадки десанта на абсолютно необорудованную сушу, весьма характерную для курильского пейзажа.

Юрий Селиванов: Сухопутный авианосец под боком России

Что же касается ударной авиационной поддержки, то японский «сухопутный авианосец» активно пополняется новейшими американскими многоцелевыми истребителями «стелc» F-35. Характерно и то, что первые эскадрильи этих машин развертываются, не где-нибудь, а на севере Японии в непосредственной близости к Курилам и к российскому Приморскому краю, а не на китайском направлении, как  это предполагали некоторые военные эксперты. Именно в этом северном регионе дислоцирована японская авиабаза Мисава, с которой стартовал потерпевший катастрофу в апреле 2019 года  F-35.

Юрий Селиванов: Сухопутный авианосец под боком России

Однако военно-техническая  сторона японских военных приготовлений отнюдь не исчерпывает общей картины складывающейся на Дальнем Востоке стратегической конфигурации.

Не менее, но, пожалуй, даже более тревожным представляется и политико-дипломатический аспект данной ситуации. Обращает на себя внимание тот факт, что внешнеполитическая и переговорная активность Японии по вопросу «возвращения северных территорий»  в последние несколько месяцев  заметно пошла на убыль. Частично это может быть следствием «смены караула» в токийском кабинете министров. Однако вряд ли всё сводится только к этому. Нельзя исключать, что Япония сделала для себя определенные выводы о дальнейшей бесперспективности усилий на дипломатическом треке. Особенно после принятия поправок к Конституции РФ, где содержится прямой запрет на отторжение какой-либо части российской территории. Нельзя исключать, что в Токио, на этом основании, был сделан вывод о необходимости разворота к силовым способам  решения данной проблемы.

Разумеется, речь не идет о каких-либо немедленных действиях Японии по захвату Курильского архипелага. Более того, принимаемые в настоящее время руководством Российской Федерации системные меры  по укреплению Военно-морского флота РФ и, в целом, дальневосточного оборонительного рубежа, включая оснащение вооруженных сил самыми передовыми в мире средствами поражения, объективно, не могут не  оказать отрезвляющего влияния на японских стратегов.

Так, например, создание в РФ гиперзвуковых противокорабельных ракетных  комплексов может сыграть фатальную роль в японских планах дальнейшего строительства больших десантных кораблей, которые станут слишком уязвимыми мишенями для российских «Кинжалов» и «Цирконов». И это не говоря уже о факторе российского ракетно-ядерного оружия, против которого у нынешней Японии просто нет равнозначных аргументов.

Тем не менее, поводов для самоуспокоенности у нас нет и не предвидится. Японцы, как и любая восточная нация, умеют терпеливо ждать и выбирать наиболее благоприятный момент для нанесения удара. Тем более, что резерв времени у них для этого вполне достаточный. Военно-морской флот строится на перспективу в 30-50 лет. И этого времени, по их вероятным расчетам, может оказаться вполне достаточно для  благоприятствующих   «стране восходящего солнца» геополитических перемен. Если, конечно, мы позволим Японии такую «роскошь».

 Юрий Селиванов, специально для News Front

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх