Как и зачем Горбачёв создал дефицит продуктов?

В догорбачевском Советском Союзе на прилавках было около 95 процентов отечественных продуктов. (Продовольственная безопасность государства считается гарантированной при 80 процентах). Да, в советские времена зелёного горошка, колбасы, сосисок или сыра в регионах не хватало, за мясом по доступным даже студентам ценам надо было стоять в очередях. Но купить на базаре или «достать» из-под прилавка по двойной-тройной цене можно было почти всё. Кроме разве что ананасов-бананов и прочих заморских фруктов. Да, был дефицит, но никто не голодал (Тем более смертельно).

Даже в 1987 году производство продуктов питания росло опережающими темпами по сравнению с ростом численности населения и заработной платы. Прирост производства по сравнению с 1980-м годом в мясной отрасли составил 135 процентов, в маслосыродельной – 131, в рыбной – 132, мукомольно-крупяной – 123. Все предприятия пищевой промышленности работали на полную мощность и без перебоев. Но уже в конце 1988 года даже в Москве, откуда жители ближайших городов и командированный люд вывозили всё, что могли «достать», появились талоны. Вскоре уже и по ним что-то купить стало почти невозможно. Люди сутками дежурили в очередях, каждые три часа устраивая переклички. Чуть ли не дрались и недоумевали: куда же все вдруг подевалось, вплоть до табака?

Вывод можно сделать только один: дефицит был создан искусственно, причем не на стадии производства, а в сфере распределения. И лучшее тому доказательство: 1 января 1992 года началась гайдаровская «шоковая терапия», а 2 января полки продмагов уже были заполнены. Продукты с каждым днем дорожали иногда более чем на 30 процентов. Это был удар по бюджету семей. Если до "терапии" за 10 рублей, например, можно было купить хлеб, молоко, яйца и зелень (пусть и после очереди), то потом за эти 10 рублей можно было купить только хлеб.

«Есть документ: выступление будущего первого мэра Москвы Гавриила Попова на Межрегиональной депутатской группе, где он говорил, что надо создать такую ситуацию с продовольствием, чтобы продукты выдавались по талонам», – рассказывал Юрий Прокофьев, первый секретарь Московского городского комитета КПСС в 1989–1991-х годах: «Чтобы это вызвало возмущение рабочих и их выступления против советской власти».

Юрий Лужков, тогда «начпрод» Москвы, объяснил начавшиеся перебои так. Дескать, «мяса в Москву мы могли бы поставить значительно больше, до полного удовлетворения спроса, но фронт выгрузки рефрижераторных секций не позволяет. Ибо не хватает подъездных путей, холодильник не успевают выгружать».

Демократов-поповцев умилял это трёп: точно так же, через чиновничий саботаж и провокации, в феврале 1917 года либералы искусственно создавали перебои в снабжении Петрограда для свержения Николая II. Теперь же в Москве создавались комитеты по борьбе с саботажем. Наивные энтузиасты шли в них с простой идеей: рефрижераторные секции с мороженым мясом можно подавать сразу на подъездные пути московских заводов-гигантов. Например ракетно-космического им.Хруничева, где трудились около 80000 рабочих, металлургического завода «Серп и молот» и «Москвич» с 20-тыс. коллективами и других. Профкомы все бы распределили, рабочие разгрузили, но нет. При такой схеме ни один килограмм мяса не попал бы к перекупщикам. Но трудящимся было невдомек: именно этот новый класс торгашей-теневиков взращивали перестройщики.

С помощью таких ограничений намеренно разжигались сепаратистские настроения. Людям внушали, что все их беды из-за соседей. В телепередаче «600 секунд» в 1989-1991-х годах регулярно показывали, как грузовики из регионов на подъездах к обеим столицам вываливали «талонные» продукты в канавы, так как их не пускали в город.

«Приходили составы с мясом, маслом. Идут ребята разгружать, как всегда, студенты. Им на подходе говорят: «На тебе деньги, уматывай, чтобы тебя и близко не было», – вспоминал Николай Рыжков, председатель Совета Министров СССР в 1985–1990 годах. Он первым рассекретил, как рвавшийся к единоличной власти Борис Ельцин, чтобы дискредитировать своего соперника Горбачева, в один день остановил «на ремонт» 26 табачных фабрик из 28 существующих.

«Постановлениями правительства на закупку импортной продукции бросили золотой запас Советского Союза», – свидетельствует Михаил Полторанин, экс-министр печати и ярый сторонник Ельцина, ставший зампредом его правительства: «Золото текло за рубеж, а под видом «забугорного» нередко оформлялось «родное». К примеру, в портах Ленинграда, Риги или Таллина суда загружались дешевым фуражным зерном, огибали по морю Испанию с Грецией и приходили в Одессу с «импортной» продовольственной пшеницей по $120 за тонну».

Дельцы орудовали не таясь. Народ стал выходить на площади с антисоветскими лозунгами. Именно этой реакции и добивались демократы всю перестройку.

Русские Онлайн

Источник ➝