Свежие комментарии

  • Владимир Петросов
    С такой болезнью как "Чубайс" за державу не обидно, а стыдно и больно.Чубайс - стыдная ...
  • Татьяна
    За Державу обидно!Чубайс - стыдная ...
  • Николай Демкин
    Про Каспарова не надо ничего писать. Враг России и все.Каспаров: Путин к...

"Россия должна знать своё место". Германия начала игру против русских

"Россия должна знать своё место". Германия начала игру против русских
Фото: Kira Hofmann / Globallookpress

Очевидно, немецкие элиты сделали свой ход, и сегодня Германия начала особую игру против русских. Но кто руководит процессом? Это государственные движения или удары, продвигаемые отдельными лицами? Сергей Михеев считает прозрачным сигнал: "Россия должна знать своё место". И сегодня мы должны будем отвечать и на эту часть политики немцев.

История Евгения и Юлии Зайберт, русских немцев, переехавших в Германию несколько лет назад, которые буквально в одночасье лишились своих троих детей, в какой-то мере можно назвать последствием несанкционированных акций, прошедших в нашей стране. Плачущих детей отобрали, отправили под опеку чужим людям. И подобный случай, связанный с выходцами из России, которым довелось на себе почувствовать все прелести ювенальной юстиции, редкостью назвать сложно. Эту проблему в студии "Первого русского" ведущая Елена Афонина обсудила с обозревателем Сергеем Михеевым.

Юлия Зайберт в беседе с Царьградом заявила, что в их истории есть и некая политическая составляющая: якобы полицейские, проводившие операцию по "захвату" детей, заявили: "Хотите к Путину – это вам за Навального".

Елена Афонина: Подтверждения этой информации пока нет.

Но мы помним Эстонию: "Чемодан, вокзал, Россия", и не только Эстонию. Само ущемление русскоязычных в Европе есть?

Сергей Михеев: Тут надо разбираться в этом конкретном случае. Я думаю, что там есть несколько проблем. Но главная – это вообще ювенальная политика в Евросоюзе. Та самая, которую они и в Россию хотят экспортировать. Перед нами борьба с традиционной семьёй, попытка все проблемы в семье решать за счет её разрушения.

К сожалению, Европа и Запад в целом идут по пути самой жёсткой ювенальной юстиции, и государство получило право на вторжение в дела семьи. Хотя на фоне общей либеральной концепции о свободе людей это выглядит странно. Часто говорят: Советский Союз был плохим тоталитарным государством. Но, извините, вот так в семью никогда не влезали даже в Советском Союзе, как сейчас под предлогом ювенальной юстиции и защиты прав детей влезают в Европе или в Америке. Кому потом отдают этих детей? В какие семьи они попадают? А если к педофилам или другим извращенцам?

Есть ли неприязнь к русским? Да, конечно, есть. Особенно на фоне того, что Россия вдруг опять пытается быть самостоятельной страной, с которой приходится считаться. Понятно, что своё раздражение, в том числе люди, представляющие власть, могут переносить и на русских – на мигрантов или просто проживающих там. А сейчас ещё и вся эта ситуация, связанная с Навальным, эти вещи усугубляет.

На бедные мозги неподготовленного европейского обывателя, особенно немецкого, обрушиваются потоки лживой информации по поводу этого "героя", которого якобы в России все любят и даже боготворят. А кто он такой, что его должны боготворить? Даже президента Владимира Путина никто не просит любить. Он президент, хотите – выбирайте, не хотите – не выбирайте. А вот Навального почему-то все должны любить. Если вы не любите его, вы ужасный человек. А с какой стати?

– А почему вдруг такое гнездо оппозиции неожиданно начало виться именно в Германии? Там Леонид Волков, который контролировал несогласованные акции по России. Туда уехала Юлия Навальная. Да и что это за перемена от агрессии к этим белым веночкам из цветочков, к девочкам с гвоздичками (один из вариантов так называемых мирных акций протеста, создающих в России картинку для западных СМИ. – Ред.)? Что за метания в выборе эмоциональных позиций?

– Это две разные темы. Что касается смены технологий, я думаю, это чисто техническая вещь. Когда проходили эти акции за Навального, был совершенно очевидный спад по количеству участников. И если дальше акции продолжались бы каждую неделю, то спад стал бы ещё более заметен, а в итоге тема сама себя "сожрала" бы. Поэтому, я думаю, знающие люди им подсказали, что надо сейчас сделать вид, мол, мы сами отходим на заранее подготовленные позиции, а пока переведём протест в иную фазу, например, виртуальную.

Все эти фонарики – это тоже хитрая технология. Вы не сможете просчитать, сколько людей в таких акциях участвует. Когда люди собираются на площади, тут всё понятно, можно подсчитать. А что касается фонариков, здесь можно столько понаделать фейков, что в этих картинках социальные сети просто утонут. Но подсчитать, сколько точно народа в такой акции участвовало, невозможно. Зато эмоционально можно будет создать видимость какой-то большой акции. Здесь гораздо легче манипулировать и выдумывать, потому что проверить ничего невозможно.

Кроме того, теперь руководители протеста могут сказать: вы нас обвиняли в том, что мы бросаем людей под дубинки, но посмотрите, мы же заботимся о них, поэтому теперь предлагаем фонарики.

А что касается Германии, вот это вопрос более серьёзный. Берлин явно пытается играть какую-то более серьёзную роль в давлении на Россию. И тут, конечно, есть вопросы к германской элите. То ли внутри неё самой есть несколько группировок, которые друг другу противоречат, то ли это попытка оправдаться за строительство "Северного потока – 2".

К примеру, позиция канцлера Ангелы Меркель очень странная. С одной стороны, она принимает Навального, который, между прочим, тоже выступает за прекращение строительства этого "СП – 2". А с другой стороны, говорит: "Нет, мы всё-таки достроим "Северный поток – 2".  Чего здесь больше – попытки Германии играть более активную роль на восточном направлении или ситуативной игры вокруг строительства газопровода, – сказать трудно.

Но совершенно очевидно, что в период осложнения отношений между Германией, Европой и США Берлин захотел играть более активную роль. И это не новость. В период майдана 2014 года на Украине Германия тоже пыталась раскручивать свой проект. Например, у немцев были совершенно особые отношения с Юлией Тимошенко, с братьями Кличко. И Виталий Кличко стал мэром Киева, но немцы видели в нём украинского президента. Президент Пётр Порошенко был американской креатурой. А немцы как раз хотели двигать Кличко.

Сейчас Германия совершенно чётко показывает: да, теперь на нашей территории будет гнездо тех, кто готов вместе с немецкой властью работать против нынешней российской власти. Может, им кажется, что это рычаг давления? В любом случае тенденция, конечно, неприятная. Потому что до этого несколько раз немецкие политики делали очень резкие и, я бы сказал, спорные заявления, мол, Россия должна знать своё место, пора разговаривать с Россией с позиции силы. Это, кстати, министр обороны Аннегрет Крамп-Карренбауэр тоже заявляла. Понятно, что в Германии решили поиграть в свои игры. Но игры эти довольно опасны.

– Можно ли сказать, что Навальный – в какой-то степени проект Германии?

– Навальный – это не проект Германии. Скорее это проект объединённого Запада. Причём они пытаются его презентовать как якобы лидера всех недовольных. Хотя в России огромное количество совершенно разных сил, начиная от парламентской оппозиции, совершенно системной, и заканчивая какими-нибудь радикалами. И они явно не собираются считать Навального своим лидером. Но Западу удобно было бы, чтобы Навальный стал якобы символом всех несогласных в России. Потому что, попытавшись объединить под ним всех недовольных, они могли бы привести к власти человека – его или кого-то другого, но именно того, кто был бы подконтролен западным интересам. А Германия, видимо, решила сыграть в этом какую-то свою особую роль.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх