Не видать Хиллари Белого дома, — Исраэль Шамир

0

О связях Клинтон и Обамы с ИГИЛ

Хиллари Клинтон, претендент Демпартии на пост президента США, казалось бы, вся в шоколаде.

На ее стороне — правящий президент, на ее стороне «Нью-Йорк Таймс» и «Вашингтон Пост», на ее стороне — федеральные телеканалы. Казалось бы, победа у нее в кармане.

Так бы оно и было даже несколько лет назад — никто бы и не узнал о ее сопернике Дональде Трампе. Но сейчас, в век новых сетевых технологий, ей не так легко.

Оводом в ее райском саду оказался Джулиан Ассанж, уже четвертый год запертый в эквадорском посольстве в Лондоне.

Сперва он обнародовал электронную переписку Демпартии, показавшую, что ее лидеры вступили в заговор, чтобы отделаться от Берни Сандерса. Генсеку партии пришлось уйти в отставку, а человека, видимо, слившего переписку, нашли мертвым на улице в Вашингтоне.

Все же Клинтон смогла договориться с Сандерсом — он получил хорошие деньги, купил новый дом — скажем, поместье, издал книгу, и он «слился», призвал своих сторонников голосовать за Клинтон.

И тут Джулиан Ассанж обнародовал ее переписку, и заявил, что именно мадам Клинтон в бытность свою госсекретарем поставляла оружие «Исламскому государству» (запрещено в РФ — ред.), внесенному в списки террористических организаций в США и Европе. А еще, сказал Ассанж, она лгала под присягой, когда сказала Сенату, что ничего не знает про поставки оружия террористам.

Заявления Ассанжа можно было бы и замолчать, но их подхватил Дональд Трамп. Он обвинил Хиллари Клинтон и Барака Обаму в создании ИГ, в том, что они симпатизируют ИГ и его целям, что они вели фальшивую липовую войну с ИГ, что стоило огромных денег американскому налогоплательщику — но принесло приличный доход лично г-же Клинтон и ее фонду.

Майкл Макфол (бывший посол США в Российской Федерации (2012–2014 — ред.), как всегда на грани фола, обвинил Трампа в том, что он озвучивает «путинскаяпропаганда». Пентагон возмутился — после десяти (или 50, по другим данным) тысяч боевых вылетов против ИГ, их все еще обвиняют в пособничестве ИГ! Скандал разгорелся немалый. Но Трамп и Ассанж правы по факту.

Поставки оружия ИГИЛ и самое его создание происходили таким образом.

Госсекретарь Клинтон смогла убедить Барака Обаму (он, говорят, играл пассивную роль в этой истории) поставить оружие врагам режима в Сирии и в Ливии. Для этого огромная партия американского оружия была продана Катару. Крошечное княжество на берегу Персидского залива с его огромным бюджетом заплатило за оружие и еще перевело немалую сумму на счет фонда Клинтон. Оружие было отправлено в Бенгази, граничащую с Египтом часть Ливии — исламским экстремистам. Его раздавали мелким египетским хулиганам — и айда вперед, свергать Каддафи.

После свержения Каддафи, оружие было отправлено из Ливии — в Сирию, тамошним повстанцам. Причем у Клинтон и Обамы не было сомнений в том, что повстанцы — исламские экстремисты, близкие к «Аль Каиде» (запрещена в РФ — ред.). Опубликованная сверхсекретная депеша американского Минобороны прямо говорит это: «Повстанцы — „Аль-Каида-Ирак“, они знают Сирию, сражаются против режима Ассада с самого начала. Западные страны, монархии Залива и Турция поддерживают их план овладеть Восточной Сирией, где можно будет создать опорную базу наподобие той, что была создана в Бенгази, в Ливии». Так возникло ИГ в Сирии.

Обама и Клинтон способствовали и возникновению ИГ в Ираке. Пока Ирак был оккупирован американскими войсками, еще при Буше, американцы создали шиитское правительство в Багдаде и натравили его на суннитов, а затем, при Клинтоне и Обаме, ушли, оставив суннитам море оружия и боевой техники. Исламистам оставалось только сесть на американские «Хаммеры» и поднять черное знамя.

И в дальнейшем, свидетельствуют депеши, опубликованные «Викиликс» и использованные Дональдом Трампом, ИГ получал оружие из Америки. Его поставляли теоретически «умеренной оппозиции», но американцы знали — оружие попадает к «Аль-Каиде» и в ИГ. Лидер боевиков ИГ в Пакистане признался, что получал оружие от американцев. В этом Трамп вполне обоснованно обвинил госсекретаря Клинтон и президента Обаму. Он сказал: «ИГ мечтает, что изберут Клинтон, а я — конец для ИГ».

Так на наших глазах раскрывается секрет создания гнезда террористов и экстремистов. Мы могли бы этого ожидать — памятуя, что американцы в свое время напичкали Афганистан оружием и привели исламистов бин Ладена к власти в этой стране. Тогда Рейган боролся с Советским Союзом, а сейчас, в Сирии, Клинтон и Обама выполняют волю израильского лобби, мечтающего о вечной войне на Ближнем Востоке. В Ираке и Сирии они борются с иранским влиянием. Вдобавок, американцы хотят послать миллионы беженцев в Европу, чтобы окончательно колонизовать старый континент. Русское оружие спасает европейцев и арабов от колонизации.

Поэтому российские разговоры о совместных с США действиях против ИГ — лишь риторика, впрочем, нужная и полезная. Не любую правду нужно сразу выкладывать, и это понимают в Кремле.

Ассанж обещал вскоре опубликовать дополнительные доказательства причастности Хиллари Клинтон к поставкам оружия «Исламскому государству», хотя и опубликованных достаточно. Тогда это дойдет и до американцев, и они еще сумеют устроить ноябрьский сюрприз.

Самоуверенная г-жа Клинтон и демократический истэблишмент все больше напоминают коллективного Бориса Годунова. Они считают себя помазанными на царство, и презирают не только Трампа, но и его избирателей — рабочих и средний класс. Но все чаще припоминаются слова поэта: «Вряд царю Борису сдержать венец на умной голове».

Источник ➝

«Санитарный социализм» и мировой кризис

Пандемия обостряет общий кризис капитализма и создаёт предпосылки перехода к новой социально-экономической формации

Пандемия ярко высветила и обострила глобальные противоречия. Эти противоречия могут разрешиться лишь через острый кризис, свидетелями которого мы стали в последние недели. Этот кризис не столько эпидемиологический, сколько экономический, политический, социальный и экологический.

Коронавирус не создал его, а лишь стал спусковым крючком, ускорившим давно назревший процесс. Экономический коллапс, с которым столкнулась мировая экономика, был просто вопросом времени: глобальный долг более чем в три раза превышает мировой ВВП, противоречия капиталистической формации уже не могут найти своего разрешения даже через циклические кризисы; этот пузырь не мог не лопнуть – столкнувшись ли с эпидемией или же с чем-то ещё.

И точно так же вопросом времени была эпидемия. Хищническое отношение капиталистической системы к природе вызвало распространение ранее неизвестных болезней: разрушение среды обитания диких животных вынуждает их переселяться ближе к человеку, разнося заразу между видами. Если бы пандемию не вызвал коронавирус, её бы вызвала какая-то другая причина.

Этот пасьянс должен был сложиться, и он сложился.

Сегодня эпидемия охватывает всё новые страны и континенты. Счёт погибших уже идёт на десятки тысяч, заболевших – на сотни тысяч.

В Италии и Франции врачам, не справляющимся с наплывом пациентов, предписано к аппаратам искусственной вентиляции лёгких пожилых пациентов (для которых вирус наиболее опасен) подключать в последнюю очередь. Фактически речь идёт о форме геронтоцида. Но кроме узко-медицинских последствий вирус вызывает последствия экономические, политические и социальные.

Стало очевидным, что люди уязвимы перед пандемией в разной степени. Речь не только о пожилых, чей риск погибнуть в результате заражения на порядок выше, чем у молодёжи. По наиболее уязвимым слоям населения пандемия бьёт сильнее, чем по привилегированным, по бедным больнее, чем по богатым. Там, где одни просто переходят на удалённую работу, другие лишаются средств к существованию. Возросшая нагрузка по ведению домашнего хозяйства и воспитанию оказавшихся на карантине детей ложится в первую очередь на женские плечи. Мигранты, работники общепита, сезонные работники, работающие без трудового договора или с «серым» договором – все они ощущают экономические последствия пандемии особенно болезненно. Миллионы людей теряют заработок, а продолжающие работать подвергают себя риску, как правило, без роста оплаты труда – курьеры, таксисты, продавщицы, врачи. Квартиросъёмщики, оставшись дома, рискуют остаться без него, потеряв возможность платить аренду.

Запрет массовых мероприятий во многих странах используется для срочного протаскивания непопулярных мер.

Обостряются и международные противоречия.

Карантин изолирует огромные регионы; прерываются торговые и производственные цепочки, целые отрасли приходят в упадок. Национальные системы здравоохранения одна за другой подвергаются суровому испытанию – и далеко не все проходят его с честью. В первую очередь это касается тех стран, где «меры жёсткой экономии», навязанные неолиберальными институциями, привели к деградации здравоохранения, сокращениям финансирования и штатов ради мелочной экономии.

В глобальной системе неравенства одни страны находятся в глобальной «пищевой цепочке» выше других, эксплуатируя их как в «мирное» время, так и в чрезвычайное. Мы увидели, как при серьёзном кризисе правящие классы капиталистических стран моментально отбросили все слова о «солидарности» – европейской ли, атлантической или какой-либо ещё – и продемонстрировали своё подлинное кредо: «Каждый сам за себя!».

Италия, первой в Европе пострадавшая от эпидемии, столкнулась с запретом на экспорт в неё медицинских товаров со стороны Германии и Франции. Первые поставки необходимых лекарств, медсредств и врачей в пострадавшие страны приходят из Китая и Кубы.

Но такой запрет действует только «сверху вниз»: из подчинённых стран жизненно необходимые медсредства, напротив, вымываются в империалистические центры всеми правдами и неправдами: из упомянутой Италии, ставшей эпицентром эпидемии в Европе, военная авиация США сотнями тысяч, а то и миллионами, вывозит столь недостающие тесты на коронавирус. Из разорённой местной и мировой олигархией Украины легально и нелегально вывозят в Евросоюз медицинские маски и даже строительные респираторы.

Народы угнетённых империализмом стран получают наглядный урок – и достаточно времени для того, чтоб его осмыслить.

Реакция властей в разных странах варьирует от полного отрицания опасности и пренебрежения элементарными мерами безопасности, как в Великобритании, до тотального карантина, которому в Китае подвергся Хубэй, огромный регион с населением больше, чем население Англии.

В Европе на борьбу с эпидемией брошены огромные средства, причём лишь малая их часть направлена на меры санитарного и медицинского характера, а основные средства призваны компенсировать убытки бизнеса – путём прямого финансирования либо налоговых льгот.

Капиталистическое государство неизменно ставит интересы бизнеса выше интереса простого народа, что часто вызывает его паралич в ответственные моменты – даже в ущерб общим интересам класса капиталистов, – но там, где правительства демонстрируют минимальную дееспособность перед лицом пандемии, принимаемые ими меры отражают следующие тенденции:

1. Усиление централизации власти. Китай показал, насколько эффективен может быть карантин при сочетании как старых полицейских мер, так и новых методов цифрового контроля за населением.

2. Тенденции к централизации власти сопутствует тенденция к концентрации капитала: карантин жестоко бьёт по многим отраслям экономики, в первую очередь по туризму, общепиту, розничной торговле. Очевидно, большим компаниям проще пережить этот удар, чем семейному предприятию.

3. Всё чаще правительства вынуждены задумываться о национализации частных клиник и наиболее значимых предприятий, попавших под удар экономического кризиса. Пока эти меры не выходят за рамки старой доброй политики «национализации убытков и приватизации прибылей», однако демонстрируют массам большую эффективность государственного сектора по сравнению с частным.

4. Основное финансирование выделяется на поддержку несущих убытки предприятий.

5. Границы между государствами становятся непроницаемыми, особенно для людей, но так же и для ряда товаров

Диктуемые ситуацией меры объективно ведут к росту обобществления экономики. В этом смысле можно говорить о «санитарном социализме» (по аналогии с «военным социализмом» времён Первой мировой войны). Не стоит заблуждаться – эти меры проводятся в первую очередь в интересах буржуазии, однако демонстрируют рабочему классу реальную альтернативу, рациональность и эффективность социализма – разумеется, при смене правящего класса.

Таким образом, пандемия обостряет общий кризис капитализма и создаёт предпосылки перехода к новой социально-экономической формации. Будут ли эти предпосылки реализованы – зависит от исходов классовой борьбы.

Пандемия снова делает очевидным противоречие между индивидуализмом и общим благом. С индивидуальной точки зрения логично максимально запастись продуктами питания, лекарствами и средствами защиты. Но такая стратегия поведения создаёт дефицит, увеличивает панику в обществе, увеличивает опасность заражения тех, кто не успел себя обеспечить – включая врачей – и в конечном счёте вредит всем. Алчность дельцов и правителей, наживающихся на общей беде, порождает ненависть миллионов.

Парадоксальным образом (само)изоляция человеческих масс может послужить толчком к обретению ими новой формы коллективности.

Потеря возможности для огромной части мирового рабочего класса покинуть своё убогое жилище ведёт не только к росту домашнего насилия, но и неизбежно ставит перед ним вопрос: как получилось, что он вынужден проводить свою жизнь разрываясь между ненавистной, всё ниже оплачиваемой работой и тесным, всё дороже обходящимся жильём?

Внешнее спокойствие не должно нас обманывать: в фавелах Сан-Паулу, пригородах Парижа и бедных районах Лос-Анджелеса за стенами отдельных квартир разгорается ярость миллионов, ждущая часа выплеснуться наконец на улицу и спросить у богачей и власть имущих: как вы посмели допустить подобное?

Следом за изоляцией наступает время мобилизации.

Илья Знаменский

Картина дня

))}
Loading...
наверх